Охота на катрана

3 0

Уже пару дней я отдыхал с семьей в Крыму. Это был маленькой негромкий приморский поселок с броским поэтическим заглавием. Вдалеке от людского столпотворения тут было весьма уютно. И теплые летние ночи, и тёмный бархат глубокого неба, усыпанного такими броскими звездами, что иногда казалось, что это вовсе не звезды, а чудесные фонарики, подвешенные к небосводу для освещения почвы ночью. И броские метеориты, прочерчивающие огненно-белой полосой тёмное небо, и звон цикад, сопровождающий меня на каждом шагу, впредь до морского берега. Порхающие над головой летучие мыши, шуршащие в траве и пересекающие мою тропу через любой дюжина метров ежи, время от времени и зайцы, со страхом выскакивающие из-под самых ног — все забавляло меня и наполняло мою душу негромкой эйфорией.

Огромный диск ярко-малинового солнца, казалось, поднимался из самого моря. Как будто бы по мановению чудесной палочки, необъятная морская ширь мгновенно преобразилась и заискрилась огнем. Уже пару минут, складывая в лодку рыбацкие снасти, я следил за сворой дельфинов, резвящихся в сотне метров от берега. С рассветом, не обращая внимания на расстояние, четко различались их тёмные лоснящиеся поясницы, появляющиеся на поверхности светло синий воды. С каждой минутой они все ближе и ближе доходили к берегу, возможно, преследуя косяк рыбы.
Вот уже пару дней подряд с местным обитателем Солнечной Равнины, Сергеем мы выходили на его лодке в море. Его сообщение, что в любительских уловах рыбаков стал все чаще попадаться катран, заинтересовало меня. Поймать черноморскую акулу былo давнишней моей мечтой. Сергей рыбной ловле предпочитал подводную охоту, но под моим обещанием и настойчивым натиском перед отъездом подарить ему мой новый импортный спиннинг, он сдался. До тех пор пока что отечественные уловы большей частью складывались из ставриды, скумбрии, пикши, султанки, морского карася, иногда попадались рулена и кефаль. Важной рыбы, которая вынудила бы поволноваться при выуживании, пока не было. Действительно, не так давно немыслимая тяжесть, повисшая на одном из крючков моего «самодура», вынудила учащенно забиться сердце и пережить пару волнующих минут. Подвела леска. «Скорее всего, это был калкан, — заключил Сергей, — а в том месте кто знает!»
В первые дни после моего приезда Сергей явился к моей тетушке с пятикилограммовым экземпляром и, поразив меня величиной рыбы, неосторожно бросил ее перед моей родственницей. Перевернув калкана на пояснице и трогая пальцем его наросты на животе, напоминавшие шипы на футбольных бутсах, я продолжительно не имел возможности прийти в себя. Так состоялось мое знакомство с этой рыбой,
Стащив лодку на воду и вытолкав за линию прибоя, мы впрыгнули в стали и нея в четыре руки грести веслами, чтобы поскорее выйти на глубину. Отплыв от берега на достаточное расстояние, стали на рейд. Оглядевшись, я нечайно залюбовался огромной красивой горой, проросшей дубовой рощей и не высокий корявыми соснами, неизвестно как именно прилепившимися к совсем обнажённым и отвесным склонам. Настроив «самодур», складывающийся из долгой лесы, оканчивающейся десятком крючков, искусно замаскированных птичьими пушковыми перышками, раскрашенными в броские тона, и опустив его на дно, мы стали зондировать им глубину, прощупывая любой метр водного пространства. Неожиданно через лесу передалось трепыхание рыбы. Я стал равномерно крутить катушку спиннинга. С нетерпением посматривая за борт, наконец, заметил приближающуюся ставку с белыми проблесками рыб. Подняв ее над лодкой, начал с опаской снимать ставридок с крючков. Их было всего пять. Но последней рыбешке все же удалось ускользнуть. Но и четырех рыб хватало, чтобы наживить ими два спиннинга.
Через 60 секунд ставридки, проколотые под спинки замечательными крючками, медлено плюхнулись за борт лодки. Снова опускаю за борт ставку: легкое прикосновение рыбы, подсечка. Опять выбираю леску. Еще в воде увидел, что рыба, попавшая на крючок, была причудливой великолепной раскраски и формы. Шевеля огромными грудными плавниками и разгораясь оттенками светло синий и зеленого цветов, она напоминала горсть драгоценных камней. «Тригла, либо морской петух, весьма редкая рыба на Черном море! — вскрикнул Сергей, заметив мой трофей. — Тебе неординарно повезло. Аккуратно сняв рыбу с крючка, он, к большому моему удивлению, с опаской опустил ее за борт лодки в родную стихию. «Зажарить и съесть это неординарное прекрасное существо, равносильно тому, чтобы растопить печь картиной известного мастера. У нас существует необходимый рыболовный обычай — производить триглу обратно в море». Визг спиннинговой катушки заглушил не сильный удары волн о борт лодки. Мгновение… и спиннинг у меня в руках. Неужто катран, а не морской скат, как это было два дня назад?! Да, скорее всего это был конкретно катран. Ни луфарь, ни скат не тянет с таковой скоростью леску в глубину. Как отлично, что намедни вечером я заменил на этой снасти громадной одинарный крючок замечательным тройным. Двухсотметровый запас лесы на громадной катушке тоже вселял уверенность в финале борьбы. Смотав около 50 метров лески, рыба остановилась. Я начал ее подмотку. Опыт схватки с большими хищниками у меня уже был по Волге, исходя из этого я старался функционировать не торопясь и осмотрительно. Товарищ не вмешивался. Приготовив багорик, он застыл в ожидании, когда покажется рыба. Мне удалось подмотать лишь около десяти метров, когда хищник начал давить опять вниз. Спиннинг запульсировал в моих руках, выбивая барабанную дробь о борт лодки. Борьба с переменным успехом шла уже около 20 минут. В случае если сравнивать катрана с речной рыбой, то по стремительности он мне напоминал щуку, по выносливости и силе, пожалуй, сома. Наконец, мне удалось подвести рыбу к борту. Я чуть успел сдать пару метров лесы, когда она опять ринулась в глубину. Это спасло мою снасть от разрыва. Конкретно таким последним и отчаянным рывком, на Волге громадная щука сокрушила мою снасть с сечением лесы 0,8 мм. Тогда это послужило мне уроком. Еще пару оборотов катушки — и более чем метровый хищник, перевернувшись кверху белым брюхом, разрешил подтянуть себя к лодке. Это был прекрасный экземпляр, около десяти килограммов весом и длиною 117 см.
Позднее я выяснил, что черноморские акулы достигают двухметровой длины. Длительность их жизни до 25 лет. Ведут они спокойный образ судьбы и держатся в придонных слоях до 200 метров. Принадлежат к числу яйцеживородящих. Вынашивают потомство 18 — 22 месяца. Размеры новорожденных акулят 20 — 25 см. Для человека черноморская акула опасности не воображает.

Leave a comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

шестнадцать + 2 =